Строительный каклог «Новосел»
«Дорожное радио» г.Клин

По дорожкам воспоминаний у Торговых рядов

13 октября 2017 besedin 0

Любовь к родным местам у каждого из нас выражается по-своему. Так, один мой хороший знакомый, когда бывал не в духе, отправлялся в сторону Заячьего вражка. Там когда-то прошло его детство.

– Знаешь, – делился он со мной своими думами, – как только сверну на улицу Чайковского, пройду мост, спущусь вниз, к речушке, так сразу же чувствую себя по-другому. Поброжу один по своим старым улочкам, постою на лавах, посмотрю на купол древней церквушки и чувствую себя совсем другим — помолодевшим, и усталость куда-то улетучивается.

О своем приятеле я вспоминаю всякий раз, когда вечерами прогуливаюсь вдоль старых Торговых рядов. Уж больно к ним привык. А сколько за свою жизнь сделал вокруг них кругов! Не сосчитать. Сегодня город вытянулся от торговых лавок в разные стороны. Сколько в нем построено новых магазинов – один лучше другого: с эскалаторами, кондиционерами, сверкающими полами, зеркальными перегородками и яркой подсветкой стеклянных витрин! Да и обилием продуктов, и выбором промышленных товаров разве сегодня кого удивишь?

Но и Торговые ряды не сдаются – чуть помолодели за счет косметического ремонта, засияла в нише кирпичных кладок мозаика икон Николая Угодника и Анны Кашинской. Зимой по верхнему ярусу стен весело перемигиваются огоньки праздничных гирлянд. К тому же не знаю, как вам, уважаемые читатели, но мне Торговые ряды дороги и своей архитектурой, и моими воспоминаниями.

Не забыл, например, что здесь был когда-то «двадцатый» магазин. Интересно, что для моих сверстников он запомнился именно под этим номером. Спроси их, где был первый, второй, десятый или девятнадцатый, – навряд ли кто даст правильный ответ. А вот «двадцатый» – совсем другое дело. «Так это же напротив часов, в Торговых рядах, – уверенно добавит кто-нибудь из старожилов. И продолжит: помню, после войны в голодные годы стояли мы с мамой за хлебом в длинной очереди. Время тогда было еще голодное — карточки в полном ходу, каждый кусочек хлеба берегли».

А за сквериком со скульптуркой девочки-грибницы, на самом углу, располагался чуть позже комиссионный магазин от Райпотребсоюза. Почему-то запомнилась в нем большая входная дверь, половицы деревянных полов и стойкий запах укропа, соленых огурцов, а также квашеной капусты.

Особым спросом пользовалась капуста «провансаль». Не удивляет это название? Меня — нет. Это потом я узнал, что оно своими корнями уходит в историю Франции и связано с личным поваром самого герцога де Ришелье. Но тогда, в детстве, капуста «провансаль» манила нас своей закваской с добавкой клюквы, а то и винограда.

Не менее притягательным для горожан являлся книжный магазин Торговых рядов. Он находился рядом с аркой и состоял из двух отделов: книжного и канцелярского. В нем работали продавщицами две подруги: тетя Ася и тетя Галя. Будучи страстными книгочеями, они умели увлечь взрослых покупателей новыми книгами, и те редко уходили из магазина с пустыми руками. Мы же, ребятня, находили себе отраду в отделе канцелярских товаров.

Но самым большим магазином в Рядах считался « Мосторг». Видно, в него поступали товары прямо из Москвы. В нем продавали, как мы считали, все – начиная от игрушек и посуды до тканей и приемников. И хотя денег у мальчуганов, как правило, никогда не было, но разгуливали они по залам «Мосторга» как по музею. Отделов в нем было много, и занимали они целых два этажа. Я до сих пор вспоминаю ту крутую деревянную лестницу, по которой со своими товарищами карабкался наверх так же лихо, как суворовские солдаты на крепостные стены при штурме Измаила.

Похожая лестница в Торговых рядах вела и в «Голубятню». Так называлась столовая на втором этаже Торговых рядов. Готовили в ней великолепно, и на численность посетителей сотрудники никогда не жаловались.

К сожалению, Великая Отечественная война оставила свой черный след и на Торговых рядах – часть их внутренних помещений пострадала от огня, и хотя многое было восстановлено в послевоенное время, но кое-где с внутренней части оставались видны пустоты еще много лет. Как и длинные очереди, правда, уже не за хлебом, а за керосином. Потребность в нем, даже в пятидесятые годы прошлого века в домах с печами, керосинками, примусами и керогазами еще оставалась большой. Люди за керосином выстраивались за аркой, держа в руках большие бидоны, канистры и другие емкости. В самом магазине покупателей поражала большая цистерна, куда закачивалось привозимое топливо и откуда впоследствии сливалось непрерывной струей в металлическую ванну. Оттуда и вычерпывали горючую жидкость ковшами на длинных ручках два бойких продавца. Они делали свое дело настолько споро, что керосин заканчивался задолго до окончания рабочего дня. Так что невезучим очередникам приходилось возвращаться с пустой посудой, поглядывая с завистью на тех счастливчиков, которые, согнувшись под тяжестью заполненных канистр, мужественно ползли к своим домам.

Нечто похожее происходило и у магазина продажи зерна и комбикорма, правда, тот материал уже развозился и разносился по домам в мешках и огромных торбах. Все это я вспоминаю не раз, прогуливаясь мимо старых Торговых рядов и понимая, что те ушедшие годы не вернешь.

Они уже стали частью истории нашего города. Ведь все это было…

ВЯЧЕСЛАВ ПЕРНАВСКИЙ

Источник: газета «Клинская Неделя» №40 за 2017 г.

Понравилась статья? Поддержите нас!

Подпишитесь на наши новости:

Оставить комментарий

Реклама
vk668317