«Налоги просто исполняют фискальную функцию» Георгий Боос о деньгах, налогах и бизнесе в современной России

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (2 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

Георгий Валентинович Боос – бывший депутат и зампред Госдумы, губернатор Калининградской области, министр Российской Федерации по налогам и сборам, основатель и Президент Международной светотехнической корпорации «БООС ЛАЙТИНГ ГРУПП», известный общественный и политический деятель. В этом интервью «Клинской Неделе» он рассказывает о том, с какими сложностями сталкиваются бизнесмены в современной России, и какие отголоски распада СССР мы слышим и по сей день.

 

– Как родилась Международная светотехническая корпорация «БЛ ГРУПП»?

– Первая компания, которая была основана 30 лет назад, в декабре 1991 года, – «Светосервис». Позднее она была преобразована в закрытое акционерное общество. Это предприятие стало родоначальником корпорации «БЛ ГРУПП». Однако в составе Корпорации есть компании, которые гораздо старше «Светосервиса». Например, Лихославльский завод светотехнических изделий, который ведёт свою историю с 1947 года, Кадошкинский электротехнический завод – с 1965 года, старейший в мире светотехнический журнал «Светотехника», который выходит с 1932 года, и другие. Мы отдаем им должное, относимся с уважением к их истории.

 

– Какими достижениями корпорации Вы можете гордиться?

– Фактически мы явились основателями современной школы архитектурного освещения, которая сегодня насчитывает 30 лет. Старая школа базировалась на заливающем свете прожекторов с односпектральными источниками. Это давало объемную, но однородную картину, не выделяло особенности архитектуры здания, не подчеркивало используемое архитектором цветовое решение. Мы сломали старые стереотипы, стали применять все разнообразие красок светового спектра, использовать новые приёмы освещения, в том числе, внедряя цветодинамическое освещение.

 

– С какими сложностями сталкивается компания сегодня?

– В бизнесе всегда есть проблемы технического, организационного, управленческого, финансового характера. Вопрос в том, насколько ты умеешь решать эти проблемы. При этом умение решать такие проблемы – это не обязательно привлечение денег, мобилизация материальных ресурсов, но – в первую очередь, люди. Сегодня государством создано большое количество инструментов поддержки и реализации проектов. Но тезис, что кадры решают всё, остается актуальным.

 

– В чём, на ваш взгляд, заключается проблема российского бизнеса?

– Первая проблема российского бизнеса – неправильно проведенная приватизация. Всё, что можно получить «за так», не имеет эффективного собственника. Как я понимаю, смысл прошедшей приватизации сводился к начальному распределению всех активов, а далее – должен был заработать вторичный рынок, то есть должны были появиться биржи для цивилизованной продажи активов по реальной стоимости, что неизбежно привело бы к появлению эффективных собственников. Но этого не произошло. В результате приватизация, по сути, носила грабительский характер. И это привело к тому, что из числа тех, кто получил активы, эффективных собственников единицы.

Вторая проблема российского бизнеса – наследие Советского Союза. Экономика носила высокомонополизированный характер, вследствие чего в каждой отрасли были ведущие крупные игроки. Управление отраслями было плановым. Все управленческие компетенции находились в руках профильных министерств. Именно там были сформированы управленческие навыки, межхозяйственные связи. Более того, эти связи строились по экстерриториальному принципу, в результате чего образовывались межреспубликанские взаимозависимости. Однако с распадом СССР эти связи в значительной степени разрушились. Многие предприятия прекратили своё существование. Целый ряд ключевых игроков был потерян. В том числе в радиоэлектронной и светотехнической отрасли.

В своё время мы выкупили несколько заводов, находившихся в кризисном состоянии. Такие как Московский опытный светотехнический завод, Лихославльский завод светотехнических изделий и другие. Например, если бы мы не купили Кадошкинский электротехнический завод, то в стране не было бы отечественного производства пускорегулирующих аппаратов для уличных, промышленных и подобного типа светильников. Когда мы приобретали завод, в стране хозяйничали иностранные производители. Купив завод, мы модернизировали производство и вернули себе весь российский рынок, выдавив иностранцев новой продуктовой линейкой.

 

– Можно ли сказать, что Вы спасли часть национального хозяйства?

– Да, только мы не приватизировали предприятия, а либо покупали их у акционеров, когда компании были уже в тяжёлом состоянии, либо же создавали что-то заново, как, например, завод в Туле по производству опор и металлоконструкций, завод в Санкт-Петербурге и другие.

– Вы были министром по налогам и сборам, что вы можете сказать о налоговой политике России сегодня?

– В конце 90-х, когда вторая Госдума стала играть важную роль в налоговой политике, и Минфин начал слышать её, прекратилось использование только фискальной функции налогов, – налоги стали выполнять, в том числе, и регулирующую функцию, про которую Минфин как ведомство, отвечающее за бюджетную политику (наполнение бюджета), всё время забывал. Регулирующая функция налогов была на задворках, тогда как, на самом деле, она играет ключевую роль в управлении экономикой в долгосрочной перспективе.

Теперь – в отношении налоговой политики XXI века в нашей стране, то есть, начиная с нулевых годов. Имея сверхдоходы, мы, тем не менее, постоянно лишали предприятия инвестиционных оборотных средств, изымая их налогами в бюджет и формируя при этом по сути профицитный бюджет. То есть, деньги из экономики забирали, назад в экономику не возвращали. Что является, на самом деле, инструментом сдерживания экономического роста. Да, мы пытались бороться с инфляцией таким образом. Вместо того чтобы бороться с инфляцией путем развития конкуренции и реальной борьбой с коррупцией. Но высокие налоги приводят, в том числе и к росту цен. И при этом не обязательно стерилизовать денежную массу через профицитный бюджет, для того чтобы снижать инфляцию.

Отдельная тема – ключевая ставка Центрального банка. Высокая ключевая ставка также приводит к высоким темпам инфляции и снижению инвестиционной активности в развитие производства, повышая при этом биржевую (спекулятивную) активность портфельных инвестиций, а также инвестиций в рубль, то есть в валюту, в деньги, но никак не в предприятия. Что в долгосрочной перспективе также сдерживает рост экономики. Гибкое умелое использование четырёх инструментов – ключевой ставки, бюджетной политики, стимулирующей, регулирующей функции налоговой политики и развития конкуренции – является наиболее эффективным для развития экономики с низкой инфляцией. При этом налоговые инструменты могут управлять, в том числе развитием ускоренными темпами приоритетных отраслей и сдержанными темпами – наращиванием объёма добычи природных ископаемых. В том числе, стимулируя в этой отрасли модернизацию производства с целью повышения эффективности как с точки зрения повышения производительности труда, так и с точки зрения рационального использования природных богатств. В 90-е годы всеми этими инструментами налоговой политики точно не пользовались. Впервые к ним в полном объеме стало прибегать правительство Примакова, когда за налоговую политику стало отвечать Министерство по налогам и сборам, созданное на основе Государственной налоговой службы. Когда же в ходе административной реформы по оптимизации функций органов исполнительной власти МНС России было преобразовано в Федеральную налоговую службу в подчинении Минфину, регуляторная функция налогов оказалась вновь забыта.

Сегодня же налоги просто исполняют фискальную функцию. То есть глубокая, осмысленная налоговая политика, в том числе с достаточным горизонтом планирования, например, на 10-15 лет, сегодня отсутствует.

 

– Подскажите, в какую сторону двигаться малому бизнесу сегодня?

– Малый бизнес живёт одним днём, у него нет стратегии. Предприниматели, не обременённые большими активами, мгновенно устремляются туда, где прогнозируется выгода.

Сейчас стартапы можно получать как от государства, так и от фондов, а также от какого-то крупного бизнеса. Инструментов такой поддержки создано достаточно. Но это – малый бизнес. Он мобильный, гибкий, но не планирующий вырасти во что-то крупное. А вот если вы хотите трансформироваться во что-то большое, то сегодня, конечно же, залогом вашего успеха является наличие какого-то крупного партнера, сильного плеча – как организационного, финансового, так и материально-технического, в том числе производственного. Период хаотичного роста из малого в крупный – это период либо бурного распада экономик, либо их бурного расцвета. Наша экономика сегодня прошла период распада, и проходит стадию спокойного, медленного развития с относительно невысокими темпами.

Стефания Даниэлян

422 просмотров

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Close

Рубрики